
|
|

Александр Чибиркин, Саров Урок рыбной ловлиЯ предпочитаю отдыхать на природе один. И считаю, что только так можно по-настоящему отдохнуть. Наверное, повторю чьи-то слова, но всё же скажу, что, оставаясь один на один с рекой, лесом, человек поневоле начинает замечать то, чего не увидел бы, находясь там же в окружении шумной толпы. Несколько лет тому назад я каждое лето выбирал недельку и отправлялся на реку Мокша. И не просто на реку, а подальше от населёнки. У меня уже был «свой» такой укромный уголок. И добирался я туда в два этапа. Меня довозили на машине до реки, а там я собирал байдарку и сплавлялся вниз по течению восемь часов до того места, где река заходит в заповедник. На машине туда добраться нелегко, поэтому народа там никогда не бывает. До ближайшей деревни было километров семь, что меня вполне устраивало. «Мой» уголок представлял собой небольшую поляну на полуострове, в месте, где река делает крутой поворот. Поляну полукольцом окружал лес, с другой был расположен небольшой пляж и глубокий омут, где водилось полно рыбы. Добраться сюда можно было только по воде. Сам полуостров не входил в черту заповедника, до него было ещё с километр. Так что я был совершенно спокоен на случай посещения меня егерей. В таком райском уголке я и отдыхал. Отдых мой заключался в ловле рыбы, хождении по лесу, купании и прочих развлечениях, которые можно только себе придумать в таком месте. Вставал каждое утро на рыбалку ещё до восхода солнца, что удивительно, на рыбалке это совершенно не в тягость. Рыба ловилась с переменным успехом: то за утро наловишь несколько стерлядок, а то вообще ни одной поклёвки. Так вот, в один из таких «неклёвых» дней сижу я на очередном перспективном на рыбу месте и жду поклёвки. А её всё нет и нет. И время уже часам к одиннадцати дня подбирается. Пора вроде как и удочки сматывать и идти готовить не то поздний завтрак, не то ранний обед. Да, забыл упомянуть ещё одну маленькую детальку: во всех своих походах я предпочитаю надевать камуфляжную одежду. Вот и тогда я сидел на сваленном дереве, и со стороны меня, наверное, трудно было заметить. Удочки воткнуты в землю, поплавки замерли на воде. Поднявшееся уже довольно высоко солнце начинает припекать. Даю рыбе последние десять минут на то, чтобы реабилитироваться и начать клевать, а не то ухожу. И тут я замечаю, как над самой водой в мою сторону летит маленькая птичка. Я сразу узнал её — это зимородок. Я эту птичку ещё называю «русская колибри». Так вот, летит этот сияющий всеми цветами радуги колибри прямо на меня и, мало того, садится в метре от меня на мою же удочку. Я не шевелюсь и стараюсь не дышать. Так близко эдакую красоту мне ещё не приходилось наблюдать. А она как будто меня и не замечает, но всё равно, косит на меня подозрительный взгляд. И так, значит, то на меня, то на воду... то на меня, то на воду. И в один момент — нырк в воду, и через полсекунды обратно на прежнее место, на удочку. Но при этом в клюве маленькую рыбёшку держит. Покосился на меня, проглотил рыбёшку и опять: то на воду, то на меня... Так прошло полминуты. У меня глаза начинают округляться. А он опять — нырк, и опять на место, и снова с уловом. Тут до меня начинает медленно доходить, что это представление — не что иное, как урок рыбной ловли! Ни тебе удочки, ни наживки... А он, этот рыбачок, посидел ещё несколько секунд, проглотил рыбёшку и пулей улетел. Наверное, полетел искать следующего, кому нужно давать урок рыбной ловли. Я ещё минут десять в себя приходил. Надо же, такое представление увидеть довелось! Смотал удочки и пошёл варить не то завтрак, не то обед. 07.04.1999 |
|